«Стокгольмский синдром» — одно из самых известных психологических выражений. Так говорят, когда заложник начинает сочувствовать похитителю, а человек в абьюзивных отношениях оправдывает и защищает партнёра. Но у термина непростая история: в официальных классификациях болезней его нет, а исследователи до сих пор спорят, существует ли он как отдельное явление. Разберёмся, что известно на самом деле и чем это понятие может быть полезно в обычной жизни.
Что такое стокгольмский синдром
Обычно под стокгольмским синдромом понимают парадоксальную эмоциональную связь жертвы с тем, кто её удерживает или причиняет ей вред: симпатию, благодарность, желание оправдать агрессора, недоверие или враждебность к тем, кто пытается помочь (например, к полиции или родственникам).
Важно сразу оговориться: это не диагноз. Стокгольмский синдром никогда не включался в американское диагностическое руководство DSM. Обзор 2008 года в журнале Acta Psychiatrica Scandinavica показал, что при огромном внимании СМИ научных исследований по теме очень мало, их выводы противоречивы, а чётких диагностических признаков не существует.
Откуда взялся термин
В августе 1973 года, с 23 по 28 августа, грабитель захватил отделение банка Kreditbanken на площади Норрмальмсторг в Стокгольме и шесть дней удерживал в хранилище четырёх сотрудников — трёх женщин и мужчину. После освобождения заложники отказывались свидетельствовать против преступников и критиковали действия полиции.
Термин придумал криминолог и психиатр Нильс Бейерут, консультировавший полицию. При этом он ни разу не разговаривал с заложниками. Одна из них, Кристин Энмарк, впоследствии много лет объясняла: никакой привязанности к захватчикам она не испытывала, а полиции боялась не меньше, чем грабителей, потому что та действовала неосторожно. По её словам, она просто делала то, что было нужно, чтобы выжить.
Насколько это распространено
В классическом смысле — среди заложников — явление редкое. Отчёт ФБР 1999 года по более чем 1200 случаям захвата заложников показал, что признаки стокгольмского синдрома проявляли около 8% похищенных. Если не считать тех, у кого было лишь негативное отношение к правоохранителям, доля снижается до 5%.
Гораздо чаще о похожем механизме говорят применительно к отношениям: с абьюзивным партнёром, с жестоким родителем, в сектах и закрытых группах. Здесь психологи предпочитают термин «травматическая привязанность» (trauma bonding) — эмоциональная связь, которая формируется и укрепляется именно в условиях чередования насилия и «хороших» периодов.
Признаки: как это может выглядеть в отношениях
- Человек оправдывает агрессора («он не со зла», «я сама его довела», «у него было тяжёлое детство»).
- Испытывает к нему сочувствие и чувство долга, иногда — сильную благодарность за любые проявления доброты.
- Скрывает происходящее от близких, защищает партнёра перед ними, злится на тех, кто предлагает помощь.
- Боится уйти и одновременно не представляет жизни без этого человека.
- Постоянно «считывает» настроение агрессора и подстраивается, чтобы избежать вспышки.
- Сомневается в собственных воспоминаниях и оценках — особенно если в отношениях есть газлайтинг.
Почему так происходит
Эти реакции не говорят о слабости или «глупости». Психологи описывают несколько понятных механизмов:
- Стратегия выживания. Когда от человека зависит ваша безопасность, мозг стремится к сближению и умиротворению. Хорошие отношения с агрессором снижают риск насилия.
- Перемежающееся подкрепление. Чередование жестокости и тепла создаёт особенно прочную привязанность: редкие «светлые» моменты воспринимаются как огромная награда.
- Изоляция. Когда агрессор — главный или единственный источник общения, его картина мира становится для жертвы основной.
- Когнитивный диссонанс. Признать, что близкий человек опасен, очень больно; проще объяснить его поведение внешними причинами.
- Страх и зависимость. Финансовая, жилищная, эмоциональная зависимость, общие дети делают уход реально опасным и сложным.
Чем стокгольмский синдром отличается от любви и созависимости
В здоровых отношениях бывают конфликты, но нет систематического страха, контроля и унижения. Травматическая привязанность держится не на взаимной заботе, а на сочетании страха, надежды и зависимости. С созависимостью и эмоциональной зависимостью у неё много общего, но ключевое отличие — наличие насилия или угрозы. Подробнее о признаках насилия мы писали в статье об абьюзе в отношениях.
Почему термин критикуют
Многие исследователи считают «стокгольмский синдром» скорее медийным ярлыком, чем научным понятием. Критики, в том числе австралийская журналистка Джесс Хилл, называют его сомнительной «патологией без диагностических критериев». Ярлык переносит внимание с агрессора на жертву: вместо вопроса «почему он причиняет вред?» звучит «что с ней не так?». К тому же поведение, которое выглядит как симпатия, часто оказывается осознанной стратегией выживания.
Поэтому специалисты предпочитают описывать конкретные реакции на травму — привязанность к агрессору, посттравматическое стрессовое расстройство, диссоциацию, — а не ставить «синдром».
Как помочь близкому, который защищает агрессора
- Не давите и не ставьте ультиматумы («или он, или я») — это усиливает изоляцию.
- Не критикуйте партнёра резко: человек, скорее всего, бросится его защищать.
- Сохраняйте контакт и говорите, что вы рядом при любом решении.
- Говорите о фактах и своих чувствах: «Я заметила синяк, и я беспокоюсь».
- Помогите продумать план безопасности: где хранить документы, деньги, куда можно уйти, кому позвонить.
- Предложите контакты специалистов и кризисных служб, но не решайте за человека.
Что делать, если вы узнаёте себя
- Попробуйте записывать происходящее — это помогает видеть картину без самооправданий.
- Восстанавливайте связи с друзьями и родными, даже если кажется, что они «не поймут».
- Обратите внимание на свои телесные реакции: постоянное напряжение, страх перед приходом партнёра — важный сигнал.
- Если есть угроза жизни или здоровью, приоритет — безопасность, а не сохранение отношений.
Где ещё встречается похожая привязанность
Механизм, который описывают словами «стокгольмский синдром», не ограничивается захватом заложников и романтическими отношениями. Похожие реакции наблюдают:
- в семье — у детей жестоких или непредсказуемых родителей, которые продолжают защищать их и во взрослом возрасте. Об этом мы писали в статье о токсичных родителях;
- на работе — когда сотрудник годами терпит унижения от руководителя, оправдывает его «сложным характером» и боится уйти. Подробнее — в материале о моббинге;
- в сектах и закрытых сообществах, где лидер одновременно наказывает и «спасает», а связи с внешним миром постепенно обрываются.
Как выйти из травматической привязанности
Разорвать такую связь трудно именно потому, что она держится на сильных эмоциях. Помогает постепенный путь:
- Разделите человека и его поступки. Можно помнить хорошие моменты и всё равно признавать, что насилие недопустимо.
- Готовьтесь к «ломке». После разрыва тоска, желание вернуться и навязчивые мысли — ожидаемая реакция, а не доказательство «настоящей любви».
- Ограничьте контакт. Если возможно, сведите общение к минимуму или к нейтральным темам (например, только о детях).
- Восстанавливайте самооценку. Возвращайтесь к занятиям и людям, от которых отказались в отношениях.
- Будьте бережны к себе. Чувство вины и стыда за то, что «так долго терпели», — частая, но несправедливая реакция.
Когда обращаться к специалисту
Стоит обратиться к психологу или психотерапевту, если вы замечаете, что боитесь близкого человека, постоянно оправдываете его поступки, отдалились от друзей, испытываете вину за его агрессию, или если после ухода из отношений вас не отпускают воспоминания, тревога, кошмары. Работа с травмой помогает разобраться в своих чувствах без стыда и выстроить безопасную жизнь. При непосредственной угрозе жизни звоните 112.
Если вам сейчас тяжело, вы не обязаны справляться в одиночку. Обратитесь к психологу или врачу. В России работает телефон экстренной психологической помощи МЧС: +7 (495) 989-50-50, детский телефон доверия: 8-800-2000-122. При угрозе жизни звоните 112.
Поделиться статьёй:
Источники
- Namnyak M. et al. «Stockholm syndrome»: psychiatric diagnosis or urban myth? Acta Psychiatrica Scandinavica, 2008; 117(1): 4–11. https://doi.org/10.1111/j.1600-0447.2007.01112.x
- Stockholm syndrome — обзорная статья (история термина, данные ФБР, критика) https://en.wikipedia.org/wiki/Stockholm_syndrome
- Euronews. Stockholm syndrome 50 years on: is the condition real? https://www.euronews.com/health/2023/08/23/stockholm-syndrome-50-years-on-is-the-condition-real-or-was-it-invented-to-discredit-women
Материал подготовлен редакцией «Новости психологии» на основе опубликованных исследований и носит информационный характер. Он не заменяет консультацию специалиста.
Добавить комментарий